КРЕПКИЙ  ОРЕШЕК

Мендерт Жан ван ВейкВот уже три года в Риге живёт один из великих умов XXI века. На своём бурном веку он охотился на крокодилов, приручал змей и спасался от людоедов – а теперь вышивает гобелены и читает стихи своей русской жене.

В прошлом месяце мы опубликовали прогнозы о судьбе России Зуфара Фаткудинова, которого Биографический институт США зачислил в число 500 выдающихся людей XX столетия, а Кембриджский биографический центр одарил званием «Человек года» в категории мыслителей. Вскоре к нам в редакцию пришло письмо: «А знаете ли вы, что в Риге вот уже три года живёт голландец Мендерт Жан ван Вейк, не менее известный, чем герой вашей статьи?» Мы не знали. И отправились в гости.

Знакомство по брачному объявлению

В жизни рижанки Дзержины голландец возник неожиданно – по милости подруг, загоревшихся идеей найти себе заграничных мужей.

Овдовевшая Дзержина вовсе не стремилась вторично выйти замуж. Просто помогала подругам вести брачную переписку – они просили её сочинять послания в стихах.

Однажды приятельница пришла к Дзержине с письмом от странного голландца – он писал, что беден и к тому же инвалид. «Что я с ним буду делать – в коляске катать?» – забраковала она кандидата в мужья. А Дзержина пробежалась глазами по внушительному списку хобби инвалида и поняла, что это её родственная душа. И решила сама откликнуться.

ФениксОна написала, что брак, как и деньги, её не интересуют, зато поэзия, гобелены и прочие увлечения Жана – очень.

Несмотря на то, что Дзержина на сей раз изложила свои мысли в прозе, ответ пришел незамедлительно. Романтическая переписка длилась два года. Предложение приехать погостить в Голландию за счёт Жана русская женщина гордо отвергла. А в ответ широким жестом пригласила в гости к себе, пообещав выделить под творческие эксперименты отдельную комнату в квартире пурвциемской пятиэтажки. Мендерт ван Вейк как приехал к ней – да так и остался. Со всеми своими гобеленами.

На встречу в аэропорт Дзержина для храбрости взяла двух приятельниц. Но это не помогло. «Я увидел трёх женщин, – вспоминает эту встречу Жан. – Две из них были молодые, а одна очень испуганной. Её глаза меня поразили». На следующее утро он сделал подруге по переписке предложение, и она сказала «да». Ему было 63 года, а ей 70. «Никогда не надо терять надежды», – напутствовала нас Дзержина.

Жан не шутил, представляя себя как инвалида, – 20 лет назад врачи строго-настрого запретили ему работать. Но и Дзержина на полном серьёзе уверяла, что интерес к высшим материям для неё гораздо существеннее материальной состоятельности. 21 июля интернациональному браку исполнится три года – а Дзержина и Жан по-прежнему беседуют глубоко заполночь на своём «языке любви» (он с ней по-английски и по-голландски, она с ним – по-русски). Им всегда есть о чём поговорить. Одна биография Жана – сериал не хуже «Санта-Барбары».

Биографический институт США зачислил голландского поэта, целителя и провидца, проживающего в Риге, в число 2000 великих умов XXI века

Самоучка из концлагеря

В своих работах Жан обращается к космической темеНеобъяснимые вещи стали происходить с Жаном, едва он появился на свет. Семейная легенда гласит, что его матери перед родами зимой 1936 года приспичило зайти в туалет – и в итоге младенец оказался в протекавшем внизу потоке. При крещении он выпал из материнских рук в купель. А ещё дважды таким же неожиданным образом падал на улице в ледяной ручей. При этом младенец оставался цел и невредим.

Детство Жана прошло в концентрационном лагере. «Кормили нас раз в два дня супом из воды и свёклы и 50 граммами хлеба, твёрдого, как камень. Понос и блохи были обычным явлением, обуви не было совсем, а одеждой было то, что удавалось украсть, – описывает он своё детство. – Однажды я украл несколько картофелин из конюшни нацистов. Один офицер поставил меня позади своей лошади и стал бить её стеком, чтобы она лягала меня в живот...» Первые послевоенные годы тоже оставили нелучшие воспоминания: Жана отправили копать картошку на бывшем минном поле. и на его глазах подорвались трое мальчиков.

Из-за трудного детства в школе Жан не проучился ни одного класса – все свои знания он приобрёл путём самообразования. За свою жизнь муж Дзержины перепробовал множество профессий, работая моряком, картографом, электросварщиком. Его заносило в самые разные уголки света: на Тибет, в Папуа-Новую Гвинею, Перу. Антарктиду, Бирму, на Аляску. Жану приходилось охотиться на крокодилов и спасаться от людоедов – чтобы защитить себя от нападения каннибалов в Папуа-повой Гвинее, он прикармливал под своим гамаком ядовитую змею. А в Австралии Мендерта самого пришлось возвращать с того света после укуса трёхметровой мамбы. Чудесное исцеление произошло при помощи шамана. Тот сказал: «Твоё время ещё не пришло, ты должен помочь другим людям». То же самое твердили лама на Тибете и колдуны в Колумбии, с которыми ему довелось встречаться и работать.

Жан обнаружил в себе способности целителя и понял, ради чего Бог (или Космический Дух, как величает его голландец) столько раз спасал его от смерти. Космический Дух стал главным героем творчества голландца. Он начал сочинять стихи на английском языке и начисто, без предварительных набросков, вышивать полотна. За 20 лет инвалидности Жан сделал 125 гобеленов и даже изобрёл новую технику вышивания. Ни один из гобеленов не был выставлен на продажу – Жан создаёт их не ради денег. К Дзержине он приехал с увесистой пачкой дипломов, которая с каждым годом становится всё толще и толще: ему присудили международную поэтическую премию, а Биографический институт США зачислил его в число 2000 великих умов XXI века. Достойная авантюрного романа биография украшала страницы американского и английского изданий справочника Who is Who. Подруга Дзержины, забраковавшая Жана, долго вздыхала, когда поняла, какое сокровище упустила.

"Я тонул в выгребной яме – и выжил, копал картошку на минном поле – и выжил, умирал от укуса трёхметровой мамбы – и выжил".

Проповедь для Мадонны

За помощью к Жану обращались и простые люди, и американская телеведущая Пэтти Уингейт. Жан помог ей избавиться от рака, развившегося вследствие силиконовых имплантантов в груди. Сегодня эта активная дамочка возглавила антисиликоновое движение в Америке. Вдохновлённая целительным эффектом от общения с Мендертом, Пэтти сделала запись его голоса и разослала волшебный спич обладателям имплантантов: Мадонне, Майклу Джексону, Арнольду Шварценеггеру и Сильвестру Сталлоне. Оказывается, силиконом не брезгуют и мужчины.

Жан взглядом сканирует людей, выявляя их заболевания, и читает пальцами. Кроме того, он обладает даром провидения: президентство Путина он предсказал за год до его прихода к власти. Впрочем, политическими прогнозами голландец принципиально не занимается.

Семья Дзержины – её дочь, зять и внучки – очень хорошо приняла нового дедушку. Зять Александр, преподаватель вуза тут же записался на курсы английского языка. Жан был так тронут тёплым русским приёмом, что даже предложил им всем взять его фамилию и стать ван Вейками. Фотографию внучек он повесил на самом видном месте в спальне, потеснив свои почётные медали и грамоты: «Вот мой лучший диплом!»

«Твой возлюбленный всегда будет рядом, вечно в тебя влюбленный», – поклялся Жан Дзержине в стихах. И она в этом нисколько не сомневается.

Юлия Румянцева.
Фото - Елена Ихильчик.

«Суббота» 31 мая – 8 июня 2002 года, с.42.